Вечернее платье eruditomsk. Полезные советы для мам

Жил в нашем доме человек. Большой или маленький, трудно сказать. Из пеленок он давным-давно вырос, а до школы еще не дорос. Читать...


У опушки леса пасся бычок. Маленький, месяц от роду, но довольно плотный и бойкий. Читать...


В Одессе я хотел разыскать своего старого фронтового товарища, который теперь служил моряком дальнего плавания. Я знал, что теплоход, на котором он плавает, только что вернулся из заграничного рейса. Читать...


Было это поздней осенью в последний год войны. Шли бои на польской земле. Читать...


Летом путешествовали мы по Украине. Как-то вечером остановились на берегу Сулы, решили переночевать. Время было позднее, темень непроглядная. Читать...


В старом уральском городе построили новое здание театра. С нетерпением ждали горожане его открытия. Наконец этот день настал. Читать...


На киностудии снимали новый фильм. В фильме должна была быть такая сцена. В избу, где спит уставший с дороги человек, залезает медведь. Читать...


Жил я в детстве в деревне на Ярославщине. Всем был доволен: и рекой, и лесом, и полной свободой. Читать...


По дороге в деревню Озерки мы нагнали бричку. Но, к нашему удивлению, седока в ней не оказалось. Читать...


В годы войны был у меня товарищ. Мы шутя называли его звероводом. Это потому, что по профессии он зоотехник, работал раньше в зверосовхозе. Читать...


Многие годы совхозное стадо паслось на большом лугу речушки Каменки. Места здесь были тихие, раздольные, с невысокими, но сочными травами. Читать...


Рави и Шаши - маленькие. Как все дети, они часто шалят, а иногда и плачут. И едят они тоже как маленькие дети: рисовую кашу с молоком и сахаром им кладут прямо в рот. Читать...


Маленькая Светлана жила в большом городе. Она не только умела правильно говорить все слова и считать до десяти, но и знала свой домашний адрес. Читать...


Была когда-то Светлана маленькой, а стала - большая. Ходила она раньше в детский сад, а потом в школу пошла. И не в первый класс она теперь ходит, не во второй, а уже в третий. Читать...


Быстро растут у нас города, и Москва растёт не по дням, а по часам. Светлана росла так же быстро, как её город. Читать...


За окном шел дождь. Занудный, мелкий, переходящий в ливень и вновь мелкий. Ели и сосны не шумят под дождем, как березы и осины, и все равно их слышно. Читать...


Она много читала о море - много хороших книг. Но она никогда не думала о нем, о море. Наверно, потому, что когда читаешь о чем-то очень далеком, это далекое всегда кажется несбыточным. Читать...


И все-таки удивительно это - лес! Ели, сосны, ольха, дубы, осины и, конечно, березы. Как эти, что стоят отдельной семейкой на опушке: всякие - молодые и старые, прямые и кургузые, красивые и вовсе вроде бы не симпатичные на взгляд. Читать...


Рассказы Сергея Баруздина разные. Большинство из них посвящены взаимоотношениям людей и животных. Писатель ярко и красочно описывает, как люди проявляют свои лучшие качества в общении с природой. Через свои рассказы он доносит до нас, что животные нуждаются в нашей заботе и любви. Убедитесь в этом сами, прочитав «Снежок, Равви и Шаши», «Лось в театре», «Необычный почтальон» да и другие рассказы.

Очень интересно и с любовью Сергей Баруздин описывает мир маленького человечка на примере мальчика Алешки из «Алешка из нашего двора» и «Когда люди радуются». Просто и понятно рассказано в них о добре, об ответственности и взрослении. Детские рассказы Сергея Баруздина несут в себе большой заряд позитива. Прочитайте их и убедитесь в этом сами.

«Баруздин как личность, как человек, избравший впоследствии для себя тот вид служения обществу, который называется писательским трудом, начинался в войну, и почти все, а может быть, даже все дальнейшее в его писательском пути определялось этой точкой отсчета, уходило своими корнями туда, в кровь и пот войны, в ее дороги, лишения, утраты, поражения и победы.»

К.Симонов, «Точка отсчета», 1977г.

Жил в довоенной Москве мальчик Сережа Баруздин. Учился в школе. Рисовал. Сочинял стихи.

В Москве была литературная студия Дворца пионеров, куда направили талантливого мальчика. С 1937 г. его стихи печатались в «Пионерке». Сергей был деткором. Его стихи отличались от стихов других детей младшего кружка, в котором занимался Сергей, они были полны серьезности. Еще в детстве Баруздин считал: «Стихи это стихи и писать их надо не так, как говоришь или думаешь» .

Великая Отечественная война началась внезапно для него. Вместо того, чтобы учиться, четырнадцатилетний подросток должен был идти на роботу. Сергей размышлял: «Кем я могу быть? У меня были мечты. [… ] Но это были мечты о том, что должно быть не скоро. Когда я вырасту. Когда окончу школу, в которой мне еще трубить и трубить. Когда закончу институт. И уж конечно, в этих мечтах не было сегодняшнего – войны.»

Он устроился на работу в типографию газеты «Московский большевик» на должник катошника (подкатывал рулоны бумаги к ротационной машине). И даже в этой работе он чувствовал большую ответственность.

Баруздина зачислили в состав добровольной дружины, и во время воздушной тревоги он должен был находиться на посту – на крыше своего дома. « Я испытывал чувство, близкое к восторгу. Один на огромной крыше, да еще когда вокруг такое светопредставление! Это куда лучше, чем дежурить внизу у ворот или в подъезде дома. Правда, там можно было поболтать, там много дежурных, а я – один. И все равно мне лучше! Я вроде бы хозяин всей крыши, всего дома и вижу сейчас то, чего никто не видит.» - говорил он.

В типографии записывали добровольцев в народное ополчение, но его туда не взяли, потому что ему было лишь 15 лет. Но зато его взяли добровольцем на строительство оборонительных сооружений на Чистых прудах.

16 октября 1941 года отец взял Сергея на фронт в особый батальон, который был сформирован из оставшихся в Москве работников наркоматов. Взял сам и отстаивал перед каким-то высшим начальством, когда пытались возражать. Даже прибавил Сергею год.

Как и все мальчишки, Сергей был больше привязан к отцу, чем к матери. Он реже видел отца и до войны, и особенно – в войну, но они всегда находили друг с другом общий язык и в больших делах и в малых. Особенно Сергей гордился тем, что отец порой доверял ему такие тайны, которые не доверял даже матери.

Самое-самое первое стихотворение Сергей написал об отце:

Жил-был папа,

Очень добрый,

Только поздно приходил

И носил домой работу.

Этим маму он сердил.

Думал я:

Принес машину,

А он работу притащил,

Положил ее на полку,

А работу не раскрыл.

Каждый день

Приходит папа

Только ночевать домой.

От такой большой работы

Папа наш бывает злой.

Иногда бывает так:

Папа наш

Берет работу

И над ней всю ночь сидит.

Утром папа

Чай глотает

И на службу с ней бежит.

18октября 1941 года отец Сергея погиб от осколка немецкой мины. Похоронили его на пятые сутки на Немецком кладбище. Среди сотен похороненных там людей с немецкими фамилиями лежал теперь человек с фамилией русской.

На этом смерти не закончились. С каждым днем их становилось все больше. Сергей видел, как умирают знакомые и не знакомые ему люди. В этом и проявлялся ужас войны.

Каких все-таки разных людей собрала война. Раньше Сергей никогда не присматривался так к людям. Они были разными, и он принимал их всегда такими, какие они есть. Но именно на войне Сергей подумал, что разные люди – это разные человеческие качества внутри каждого человека. Нет людей целиком хороших или целиком плохих. В каждом человеке есть и хорошее, и плохое, и всякое. И уже от самого человека, если он – человек и умеет управлять собой, зависит, какие качества в нем берут верх…

В 1945 г. Баруздин участвовал во взятии Берлина, и именно там он особенно остро почувствовал тоску по родине. Он говорил: «Наверное, никому из нас не нужно сейчас произносить вслух эти слова. Ни мне, ни всем другим, кто пришел за тысячу верст от родных мест в Берлин. Эти слова у нас в самом сердце, а вернее, - это даже не слова. Это чувство родины» .

За время Великой Отечественной войны С.Баруздин был на фронтах: под Ленинградом, в Прибалтике, на Втором Белорусском, на Дальнем Востоке(в Мукдене, Харбине, Порт-Артуре).

«Из всех моих наград медаль «За оборону Москвы»- одна из самых моих дорогих, признавался Сергей Алексеевич. – И еще медали «За взятие Берлина» и «За освобождение Праги». Они – моя биография и география военных лет».

В 1958г. Баруздин окончил Литературный институт им.Горького.

Сергей создал военные книги: роман «Повторение пройденного», « Повесть о женщинах», повесть «Само собой» и оставшийся, увы, незавершенным роман «Полдень».

Всем памятны умные, добрые, веселые баруздинские произведения для детства и юношества: «Рави и Шаши», «Как куры научились плавать», «Лось в театре» и многие другие. Более двухсот детских и взрослых книг стихов и прозы общим тиражом свыше 90 миллионов экземпляров на 69 языках!

С 1966г. Сергей Алексеевич в озглавил всесоюзный журнал «Дружба народов». Благодаря энергии, воле, мужеству главного редактора журнал всегда нес читателям со своих страниц слова высокой художественной правды.

4 марта 1991 года Сергея Алексеевича Баруздина не стало. Книги писателя переиздаются, читаются и ныне.

Другие книги схожей тематики:

    Автор Книга Описание Год Цена Тип книги
    Ольга Геннадьевна Карагодина Рассказы о животных не устаревают и не надоедают. Всё дело в отношении автора и читателей к братьям нашим меньшим. Многие рассказы построены на наблюдениях автора за зверями и птицами, за… - @Издательские решения, @(формат: 84x108/32, 528 стр.) @ @ электронная книга @
    240 электронная книга
    Пришвин Михаил Михайлович "Рассказы о животных"-это сборник произведений Михаила Пришвина, который знал и любил природу, животных и подмечал удивительное и даже немного человеческое в поведении зверей и птиц. Мальчики и… - @Малыш, @(формат: 84x108/32, 528 стр.) @Читаем сами без мамы @ @ 2018
    167 бумажная книга
    Пришвин М.М. "Рассказы о животных"- это сборник произведений Михаила Пришвина, который знал и любил природу, животных и подмечал удивительное и даже немного человеческое в поведении зверей и птиц. Мальчики и… - @Малыш (АСТ), @(формат: 84x108/32, 528 стр.) @Читаем сами без мамы @ @ 2019
    112 бумажная книга
    Пришвин М.М. `Рассказы о животных` это сборник произведений Михаила Пришвина, который знал и любил природу, животных и подмечал удивительное и даже немного человеческое в поведении зверей и птиц. Мальчики и… - @ИЗДАТЕЛЬСТВО`АСТ`, @(формат: 84x108/32, 528 стр.) @Читаем сами без мамы @ @
    103 бумажная книга
    Михаил Пришвин «Рассказы о животных» – это сборник произведений Михаила Пришвина, который знал и любил природу, животных и подмечал удивительное и даже немного человеческое в поведении зверей и птиц. Мальчики и… - @Издательство АСТ, @(формат: 84x108/32, 528 стр.) @Читаем сами без мамы @ электронная книга @ 2019
    119 электронная книга
    Сетон-Томпсон Эрнест Внеклассное чтение @ @ 2018
    183 бумажная книга
    Сетон-Томпсон Эрнест Рассказы о животных Эрнеста Сетон-Томпсона входит в школьную программу по литературе для 6 класса. Для среднего школьного возраста - @Эксмо, @(формат: 84x108/32, 528 стр.) @Классика в школе. Новое оформление @ @ 2018
    183 бумажная книга
    Сетон-Томпсон Эрнест Классика в школе @ @ 2018
    117 бумажная книга
    Сетон-Томпсон Эрнест Рассказы о животных Эрнеста Сетон-Томпсона входит в школьную программу по литературе для 6 класса - @Эксмо, @(формат: 84x108/32, 528 стр.) @Внеклассное чтение @ @ 2018
    117 бумажная книга
    Э. Сетон-Томпсон, Джералд Даррелл В сборник вошли лучшие произведения о животных известных писателей-натуралистов: "Рассказы о животных" Э. Сетона-Томпсона и "Моя семья и другие звери" Джералда Даррелла. Рассказы и повести отличают… - @Лениздат, @(формат: 84x108/32, 528 стр.) @Библиотека для детей @ @ 1994
    370 бумажная книга
    Дмитрий Коробков В сборник «Рассказы о животных» вошли натуралистические зарисовки о птицах, сказки о животных с повадками людей и рассказы о самых преданных друзьях человека – собаках - @Издательские решения, @(формат: 84x108/32, 528 стр.) @ @ электронная книга @

    Тут и вышло так, что мы снова встретились с Сергеем Алексеевичем. Он стал студентом Литературного института имени Алексея Максимовича Горького. И занимался при той творческой учебной группе- семинаре, где я был руководителем. Но это был уже не маленький пионер- студиец Сережа, а интересный, умело и по- своему работающий, полюбившийся нашим ребятам писатель. И я вспоминаю с удовольствием торжественный день, когда писатель Сергей Барустин, очень хорошо окончив весь учебный курс института, был выпущен нами из стен в большую литературу.

    Сергей Баруздин может одинаково хорошо сочинять и стихи, и повести, книги и для детей и для взрослых. У него, например, недавно вышел очень интересный роман "Воспроизведение пройденного". В этой книге Баруздин очень искренне и задушевно рассказал о своих сверстниках, вместе с которыми прошел через тяжелые военные годы. Вот подрастете, и сами тогда прочтете книги, написанные Баруздиным "для больших".

    Ну, а о стихах, рассказах, повестях, написанных им для вас, самых младших читателей, вы, наверное, уже многое знаете. Я не буду сейчас тут пересказывать их, потому шта для того они и собраны в этой книге, штабы вы их сами могли прочесть, если не все читали раньше. Или если хотите еще раз получить удовольствие, встретившись с симпатичными слонятами Рави и Шаши, прибывшими к нам из Индии. И проследить, как наш Снежок в Индию попал. И узнать, как куры научились плавать. И прочесть друг другу вслух или самим про себя, как ваши сверстники входят в жизнь, шаг за шагом. И как живет Алешка из нашего дома. И кто сегодня учится. И снова повидаться или впервые познакомиться с хитрым Симпатягой. А также со Светланой, которая уже стала большой...

    Нет, я вам наперед ничего об этих всех стихах и рассказах говорить не стану! Кто из вас не умеет сам читать, пусть попросит других прочесть ему вслух. А кто уже грамотный и знает, как обращаться с книжкой, тот раскроет ее, сам все прочтет и скажет от души спасибо своему старшему другу, хорошему писателю Сергею Алексеевичу Баруздину.»

    Алёшка из нашего дома

    Жил в нашем доме человек. Большой или маленький, трудно сказать. Из пелёнок он давным-давно вырос, а до школы ещё не дорос.

    А звали человека Алёшкой.

    Всё умел Алёшка делать. И есть, и спать, и гулять, и играть, и слова разные говорить.

    Увидит отца, скажет:

    Увидит мать, скажет:

    Увидит на улице автомобиль, скажет:

    Ну, а есть захочет, так и скажет:

    Мама! Я есть хочу!

    Однажды отец уехал по делам в другой город. Несколько дней прошло отец письмо домой прислал.

    Мать прочитала письмо. И Алёшка решил прочитать. Взял письмо в руки, покрутил и так и сяк, а понять ничего не может.

    Мать села за стол. Бумагу взяла, ручку. Написала отцу ответ.

    И Алёшка тоже решил папе письмо написать. Карандаш взял, бумагу, сел за стол. Стал водить карандашом по бумаге, а на ней одни каракули получаются.

    Вот и оказалось, что не всё умеет Алёшка, не всё знает.

    Самое простое дело

    До школы ждать долго. Решил Алёшка сам научиться читать. Достал он книжку.

    И оказалось, что чтение - самое простое дело.

    Видит он - в книжке дом нарисован, говорит:

    Видит лошадь, говорит:

    Обрадовался Алёшка, к отцу побежал:

    Хорошо! - сказал отец. - Давай посмотрим, как ты читаешь.

    Показал отец Алёшке другую книгу.

    Это что? - спросил.

    Видит Алёшка - на картинке жук нарисован с зонтиком, а под ним что-то написано.

    Это жук с зонтиком, - объяснил Алёшка.

    Вовсе это и не жук с зонтиком, - сказал отец, - а вертолёт.

    Перевернул отец страницу:

    А это что?

    А это, - отвечает Алёшка, - мячик с рожками и ножками.

    Это не мячик с рожками и ножками, а спутник, - сказал отец.

    Тут он протянул Алёшке ещё одну книгу:

    Теперь эту почитай!

    Алёшка открыл книгу - нет в ней ни одной картинки.

    Не могу, - сказал, - здесь без картинок.

    А ты слова прочти, - посоветовал отец.

    Слова я не умею, - признался Алёшка.

    Вот то-то и оно! - сказал отец.

    И больше ничего не сказал.

    Ведро воды

    Раньше не раз так случалось: мать попросит о чём-нибудь Алёшку - соль принести из соседней комнаты или воду вылить из чашки, - а Алёшка сделает вид, что не расслышал, и продолжает играть. Мать встанет, сама соль принесёт, сама воду выльет, и дело с концом!

    Но вот однажды Алёшка отправился гулять. Только из ворот вышел, как очень повезло ему. Прямо возле тротуара огромный самосвал стоит, шофёр капот открыл: в моторе копается.

    Какой пятилетний мальчишка пропустит случай лишний раз на машину взглянуть!

    И Алёшка не пропустил! Остановился, рот раскрыл, смотрит. Медведя блестящего на радиаторе увидел, руль в кабине шофёра и даже колесо потрогал, что выше самого Алёшки ростом…

    Тем временем шофёр капот захлопнул: видно, починил в моторе всё, что нужно.

    А теперь машина поедет? - поинтересовался Алёшка.

    Не поедет, пока воду не зальём, - ответил шофёр, вытирая руки. - А, кстати, ты где живёшь? Близко, далеко?

    Близко, - ответил Алёшка. - Совсем рядом.

    Вот и добро! - сказал шофёр. - Тогда я у тебя водички позаимствую. Не возражаешь?

    Не возражаю! - сказал Алёшка.

    Шофёр взял пустое ведро из кабины, и они пошли домой.

    Я дядю привёл, воды позаимствовать, - объяснил Алёшка матери, открывшей им дверь.

    Проходите, пожалуйста, - сказала мать и провела шофёра в кухню.

    Шофёр набрал полное ведро воды, а Алёшка своё принёс - маленькое - и тоже налил.

    Вернулись они к машине. Шофёр вылил воду из своего ведра в радиатор.

    И моё! - сказал Алёшка.

    И твоё! - сказал шофёр и взял Алёшкино ведро. - Теперь всё в порядке. А за помощь спасибо! Бывай!

    Машина взревела как зверь, вздрогнула и поехала.

    Алёшка стоял со своим пустым ведром на тротуаре и долго ещё смотрел ей вслед. А потом вернулся домой и говорит:

    Мама! Давай я тебе помогу!

    Уж не подменили ли мне сына? - удивилась мать. - Что-то я его не узнаю!

    Нет, не подменили, это я! - успокоил её Алёшка. - Просто я помогать тебе хочу!

    Нужный гвоздь

    Утром мать сказала отцу:

    Вечерком забей, пожалуйста, гвозди на кухне. Мне нужно верёвки повесить.

    Отец пообещал.

    Мать в этот день дома была.

    Собралась она в магазин.

    Ты поиграй пока, сынок, - попросила она. - А я быстро вернусь.

    Поиграю, - пообещал Алёшка, а сам, как только мать ушла, - на кухню.

    Молоток достал, гвозди и стал по очереди их в стенку забивать.

    Штук десять забил!

    «Теперь хватит», - подумал Алёшка и стал мать ждать.

    Мать вернулась из магазина.

    Это кто же столько гвоздей в стенку позабивал? - удивилась она, войдя в кухню.

    Я, - с гордостью сказал Алёшка, - чтоб не ждать, пока папа забьёт.

    Не хотелось матери Алёшку огорчать.

    Давай поступим так, - предложила она, - эти гвозди мы вынем. Они не нужны. Зато вот здесь ты забьёшь мне один гвоздь, побольше. Он мне пригодится. Хорошо?

    Хорошо! - согласился Алёшка.

    Мать взяла клещи и вытащила из стены десять гвоздей. Потом дала Алёшке стул, он забрался на него и забил большой гвоздь повыше.

    Вот этот гвоздь самый нужный, - сказала мать и повесила на него кастрюльку.

    Теперь Алёшка, как зайдёт на кухню, так на стенку смотрит: висит кастрюлька?

    Значит, и верно, что он самый нужный гвоздь забил.

    Как Алёшке учиться надоело

    Исполнилось Алёшке семь лет. Пошёл он в школу, чтоб научиться читать и писать как следует.

    Школьный год ещё не кончился, зима только-только в осенних днях стала проглядываться, а Алёшка уже и читать, и писать, и даже считать умеет. Книжку может прочесть, если она крупными буквами напечатана, слова на бумаге написать, цифры сложить.

    Сидел он раз на уроке, в окно смотрел, а солнце прямо Алёшке в лицо светило. На солнце Алёшка всегда курносый: он сморщился и нос у него стал, как китайское яблочко. И вдруг Алёшка почувствовал, что ему надоело учиться. Читать он умеет, писать тоже да и цифры складывать. Что же ещё!

    Алёшка поднялся с парты, портфель взял и пошёл к выходу.

    Ты куда? - спросила учительница.

    Домой! - ответил Алёшка. - До свидания!

    Домой пришёл и говорит матери:

    Я больше в школу не пойду!

    А что же ты будешь делать?

    Как что? Ну… работать буду.

    Как кем? Ну, как ты, например…

    А мать у Алёшки врачом работала.

    Ладно, - согласилась мать. - Вот тогда тебе небольшое поручение. Выпиши лекарство больному, у которого грипп.

    И мать дала Алёшке маленький листок бумаги, на котором рецепты пишут.

    А как его писать? Какое лекарство нужно? - поинтересовался Алёшка.

    Писать латинскими буквами, - объяснила мать. - А какое лекарство, ты сам должен знать. Ты же врач!

    Алёшка посидел над листком бумаги, подумал и сказал:

    Мне эта работа что-то не очень нравится. Я лучше, как папа, работать буду.

    Что ж, давай, как папа! - согласилась мать.

    Вернулся домой отец. Алёшка - к нему.

    Я больше в школу не пойду, - говорит.

    А что же ты будешь делать? - спросил отец.

    Работать буду.

    Как ты! - сказал Алёшка.

    А отец у Алёшки мастером работает на том самом заводе, где «Москвичи» делают.

    Очень хорошо, - согласился отец. - Давай работать вместе. Начнём с самого лёгкого.

    Достал он большой лист бумаги, свёрнутый в трубку, развернул и сказал:

    Вот перед тобой чертёж новой машины. В нём есть ошибки. Посмотри какие и мне скажи!

    Алёшка посмотрел на чертёж, а это не машина, а что-то совсем непонятное: линии сходятся и расходятся, стрелки, цифры. Ничего здесь не разберёшь!

    Я это не умею! - признался Алёшка.

    Тогда я сам поработаю, - сказал отец, - а ты пока отдохни!

    Отец склонился над чертежом, лицо его сделалось задумчивым, серьёзным.

    Пап! А почему у тебя на лице ёлочки? - спросил Алёшка.

    Это не ёлочки, а морщинки, - сказал отец.

    А почему они?

    Потому что учился я много, воевал, работал много, - сказал отец. Это только у бездельников кожа гладкая.

    Алёшка подумал, подумал и говорит:

    Пожалуй, я завтра опять в школу пойду.

    Когда люди радуются

    В школе ребятам часто говорили:

    Вы должны уметь хорошо трудиться. Так трудиться, чтобы люди потом сказали: вот какие золотые руки у наших ребят!

    Алёшка любил столярничать. Отец купил ему столярный станок и инструменты.

    Научился Алёшка работать - сделал себе самокат. Хороший самокат получился, не грех и похвалиться!

    Смотри, - сказал он отцу, - какой самокат!

    Неплохо! - ответил отец.

    Алёшка - во двор, к ребятам:

    Смотрите, какой я самокат сделал!

    Ничего самокат! - сказали ребята. - Катайся!

    Алёшка катался-катался на своём самокате - никто на него не смотрит. Надоело ему. Бросил он самокат.

    Весной в школе ребята должны были рассаду выращивать, чтобы потом, когда совсем тепло станет, высадить её во дворе.

    Учительница сказала:

    Нам старшеклассники ящики обещали сделать. Как будут готовы, так и займёмся рассадой.

    А Алёшка вернулся домой, раздобыл доски и решил сам ящики сделать. Подумаешь! Это не самокат какой-нибудь. Проще простого.

    В субботу Алёшка трудился и всё воскресенье, а в понедельник принёс в школу два ящика, как раз на два окна.

    Увидели ребята ящики.

    Вот это да! - сказали. - Золотые у тебя руки!

    Учительница увидела и тоже обрадовалась:

    Ну и золотые руки у тебя! Молодец!

    Домой Алёшка пришёл, а мать ему и говорит:

    Очень я довольна тобой, сынок! Встретила я учительницу твою, товарищей, и все говорят, что у тебя золотые руки.

    Вечером мать отцу об этом сказала, и он тоже похвалил сына.

    Пап! - спросил Алёшка. - А почему, когда я самокат сделал, меня никто не похвалил, никто не говорил, что у меня золотые руки? А сейчас говорят? Ведь самокат труднее сделать!

    А потому, что самокат ты для себя одного сделал, а ящики - для всех, - сказал отец. - Вот люди и радуются!

    Вежливый бычок

    У опушки леса пасся бычок. Маленький, месяц от роду, но довольно плотный и бойкий.

    Бычок был привязан верёвкой к колышку, вбитому в землю, и так, привязанный, весь день ходил по кругу. А когда верёвка слишком натягивалась, не пуская бычка, он поднимал морду с неровной белой звёздочкой на лбу и тянул неустановившимся, дребезжащим голосом: «М-м-му!»

    Каждое утро мимо бычка проходили ребята из детского сада, отдыхавшие по соседству.

    Бычок переставал щипать траву и приветливо кивал головой.

    Поздоровайтесь с бычком, - говорила воспитательница.

    Ребята хором здоровались:

    Здравствуйте! Здравствуйте!

    Они говорили с бычком, как со старшим, на «вы».

    Потом ребята, идя на прогулку, стали приносить бычку разные лакомства: кусок сахару, или сдобную булку, или просто хлеб. Бычок охотно брал угощение прямо с ладони. А губы у бычка мягкие, тёплые. Так, бывало, приятно пощекочет ладошку. Съест и головой закивает: «Спасибо за угощение!»

    На здоровье! - ответят ребята и побегут на прогулку.

    А когда вернутся, вежливый бычок снова приветливо кивнёт им головой:
    «М-м-му!»

    До свиданья! До свиданья! - хором отвечали ребята.

    Так повторялось каждый день.

    Но вот однажды, отправившись на прогулку, ребята не нашли на прежнем месте бычка. Опушка была пуста.

    Ребята заволновались: не случилось ли что-нибудь? Стали звать бычка. И вдруг откуда-то из лесу раздалось знакомое:
    «М-м-му!»

    Не успели ребята опомниться, как из-за кустов, задрав хвост, выбежал бычок. За ним тянулась верёвка с колышком.

    Воспитательница взяла верёвку и вбила колышек в землю.

    А то ещё убежит, - сказала она.

    И вновь бычок, как прежде, поздоровался с ребятами:
    «М-м-му!»

    Здравствуйте! Здравствуйте! - отвечали ребята, угощая бычка хлебом.

    На следующий день повторилось то же самое. Сначала бычка не было, а потом, когда он появился, за ним тянулась верёвка с выдернутым колышком. И опять пришлось воспитательнице привязать бычка.

    Вы здесь поблизости бычка не видали? - спрашивает. - Чёрненький такой, со звёздочкой на лбу.

    Видели! Видели! - закричали ребята.

    Он на месте, на опушке, - сказала воспитательница. - Я его там привязала.

    Вот чудеса! - пожала плечами женщина. - Второй день привязываю бычка на новом месте, а нахожу на старом. Понять не могу, чем оно ему так полюбилось!

    Наверное, он к ребятам моим привык, - засмеялась воспитательница. Бычок у вас вежливый, каждый день с нами здоровается.

    Не уводите его от нас! - стали просить ребята. - Мы с ним дружим!

    Да уж если дружки просят, придётся оставить! - согласилась женщина. Раз он с ребятами подружился…

    Наутро ребята отправились в лес. На опушке леса, как и прежде, их ждал бычок.

    Здравствуйте! Здравствуйте! - закричали ребята.

    И довольный бычок закивал им в ответ головой:
    «М-м-му!»

    Двухметровое несчастье

    В Одессе я хотел разыскать своего старого фронтового товарища, который теперь служил моряком дальнего плавания. Я знал, что теплоход, на котором он плавает, только что вернулся из заграничного рейса.

    Когда я пришёл в порт, оказалось, что теплоход уже разгрузился и команда его вчера списана на берег. В управлении порта я узнал адрес моего товарища и отправился к нему домой.

    В новом доме на улице Халтурина я поднялся на третий этаж и позвонил. Мне никто не ответил. Я позвонил ещё раз.

    В глубине квартиры послышался скрип двери, смех. Чей-то женский голос крикнул:

    Кто там?

    Я сказал через закрытую дверь, кого мне нужно.

    Зайдите попозже! Мы открыть вам никак не можем! Мы тут арестованы.

    Я подумал, что меня разыгрывают. И совсем неумно! Если товарища нет дома, почему нельзя открыть дверь и сказать об этом по-человечески?

    Спустившись вниз, я около часа бродил по городу, и уже скорее любопытство, чем необходимость, вновь привело меня к странной квартире. Я опять позвонил и услышал скрип двери, хохот и вопрос:

    Кто там?

    Пришлось повторить, зачем я пришёл.

    Вновь хохот, и тот же ответ. Только более вежливый:

    Зайдите, пожалуйста, ещё чуть позже. Ваш товарищ скоро вернётся. А мы тут, право, арестованы и не можем выйти в коридор. У нас, видите ли, двухметровое несчастье поселилось…

    Откровенно говоря, я совсем растерялся. Или действительно со мной валяют дурака, или это что-то забавное. Чтобы не прозевать своего товарища, я стал прогуливаться возле подъезда.

    Наконец вижу: идёт. Обнялись на радостях, и здесь я уже не выдержал.

    Что там у тебя такое в квартире? - спрашиваю. - Какие арестованные? Что за двухметровое несчастье?

    Он расхохотался.

    Так и знал! - говорит. - Это соседки мои из комнаты выйти боятся. А чего боятся, когда он маленький и совсем безвредный? Да и запер я его в комнате. Говорил же им, успокаивал. А они мне: он под дверь может пролезть…

    Подожди, о ком ты? - переспросил я. - Кто маленький? Кто безвредный?

    Да удавчик. Двухлетний всего. Два метра длиной только! - объяснил мне товарищ. - В порту одном ребятишки подарили. Вот капитан и поручил мне в зоопарк его пристроить. Вчера поздно было, так я сейчас ходил договариваться. А ночь он у меня дома провёл. Вот и всё. Сейчас отнесу.

    Через несколько минут мы с товарищем уже шли в сторону зоопарка. Удавчика мой приятель нёс на шее, как венок. И верно, удавчик оказался существом совсем безобидным. Он не пытался удрать, а только изредка шипел и разевал пасть.

    Правда, прохожие шарахались от нас в сторону. Но зря. Опасаться им было нечего.

    Простуженный ежик

    Было это поздней осенью в последний год войны. Шли бои на польской земле.

    Однажды ночью мы обосновались в лесу. Разожгли костер, согрели чай. Все улеглись спать, а я остался дежурить. Через два часа меня должен был сменить на посту другой солдат.

    Сидел я с автоматом у догоравшего костра, на угольки посматривал, к шорохам лесным прислушивался. Ветер шелестит сухой листвой да в голых ветвях посвистывает.

    Вдруг слышу — шорох. Будто кто-то по земле ползет. Я встал. Автомат наготове держу. Слушаю — шорох смолк. Опять сел. Снова шуршит. Где-то совсем рядом со мной.

    Что за оказия!

    Глянул я под ноги. Вижу — кучка сухой листвы, да будто живая: сама собой движется. А внутри, в листьях, что-то фыркает, чихает. Здорово чихает!

    Присмотрелся получше: ежик. Мордочка с маленькими черными глазками, уши торчком, на грязно-желтых иглах листья наколоты. Подтащил ежик листья поближе к теплому местечку, где костер был, поводил носом по земле, чихнул несколько раз. Видно, простудился от холода.

    Тут время моей смены настало. Заступил на пост солдат — казах Ахметвалиев. Увидел он ежа, услыхал, как тот чихает, и ну меня ругать:

    — Ай, нехорошо! Ай, нехорошо! Сидишь и смотришь спокойно. А у него, может, грипп или воспаление. Смотри, весь дрожит. И температура, наверное, очень большая. В машину его надо взять, лечить его надо, а потом на волю выпускать…

    Так мы и сделали. Положили ежика вместе с охапкой листьев в наш походный «газик». А Ахметвалиев на следующий день теплого молока где-то раздобыл. Пжик напился молока, согрелся и опять уснул. За всю дорогу несколько раз чихнул и перестал — поправился. Так всю зиму у нас в машине и прожил!

    А когда весна настала, мы его на волю выпустили. На свежую травку. И какой день тогда выдался! Яркий, солнечный! Настоящий весенний день!

    Только было это уже в Чехословакии. Ведь и весну и победу мы там встречали.

    Пчелиная напасть

    Жил я в детстве в деревне на Ярославщине. Всем был доволен: и рекой, и лесом, и полной свободой.

    Часто сидел с ребятами в ночном у костра.

    Но было одно «но». Вот об этом «но» я и хочу рассказать.

    У хозяина дома, в котором мы жили, было несколько ульев с пчелами.

    Говорят, пчелы — миролюбивые существа, если их не обижать. И верно: наши пчелы никого не кусали, не трогали. Никого, кроме меня.

    Стоило мне выйти из избы, как какая-нибудь пчела обязательно меня укусит. А бывали дни, когда меня жалили и по нескольку раз.

    — Балуешься ты много, — говорила мать, — вот они тебя и кусают.

    — Да вовсе не балуюсь, — оправдывался я. — Совсем их не трогаю.

    «Что за напасть такая! — думал я. — Может, они меня перепутали с кем-то? Ведь другие пчелы не жалят меня — в лесу, в поле, — а свои…»

    Время шло, и не было дня, чтобы я избежал этой пчелиной напасти. То под глазом у меня шишка, то на щеке, то на затылке, а однажды пчела ужалила в спину, и я совсем измучился: почесать укушенное место и то нельзя — рукой никак не дотянешься.

    Хотел я спросить нашего хозяина, почему пчелы меня не любят, но побоялся. «Подумает еще, что я действительно их обижаю. Как я ему докажу, что вовсе их не трогаю? А ведь пчела, говорят, после того как ужалит, умирает. Значит, немало их по моей вине погибло».

    Но вышло так, что я все равно не избежал разговора с хозяином. И хорошо, а то бы все лето мучился.

    Как-то вечером сидел я весь искусанный за столом, ужинал. Вошел в комнату хозяин, спрашивает:

    — Тебя что, пчелы опять покусали?

    — Покусали, — говорю. — Только вы не подумайте, что я их дразнил. Я к ульям и близко не подхожу…

    Хозяин недоверчиво покачал головой.

    — Странно, — говорит. — Они у меня смирные…

    А сам, вижу, ко мне присматривается.

    — А ты лук любишь? — спрашивает вдруг он. — Вроде луком от тебя пахнет.

    Я обрадовался, что меня не ругают за пчел, и отвечаю:

    — Да, очень люблю! Каждый день, наверное, кило зеленого луку съедаю. С солью да с черным хлебом. Знаете, как вкусно!

    — Вот, брат, за это они тебя и кусают, — рассмеялся хозяин. — Мои пчелы прямо не переносят запаха лука. Да и вообще пчелы к разным запахам очень привередливы. Есть такие, что одеколон не любят или керосин, а мои — лук.

    Придется тебе воздержаться от лука.

    С того дня я за все лето больше ни одной стрелки лука не съел. Если даже в супе попадался — все равно выбрасывал. Боялся, что пчелы покусают.

    А они и верно перестали меня жалить. Однажды я даже рядом с ульями стоял, когда соты из них вынимали, и то пчелы не тронули меня!


    Close